Ваш дар
парма
parma_astar

Каким будет Новый год
парма
parma_astar


А каким год будет для вас?

(no subject)
парма
parma_astar
Я в ужасе от вчерашнего шоу "Пусть говорят". Надо бы программу переименовать. "Пусть бьют, а чё!" Пусть бьют учителей! Они ведь сами виноваты: и психологии-то они не знают, и неприемлемо разговаривают с матерящимися крутыми учениками, и нелюбимые-то они! И пусть сами дежурят!   На всю аудиторию нашёлся только ОДИН человек, который сказал этому девятиклассничку:"Ты совершил хулиганский поступок и будешь за это отвечать". Кажется, тот даже не понял: он же герой, ему так хлопали! Все - усердно, с азартом -  добивали учителя. Всех поздравляю! Вперёд, к пещерам!

а какая вы книга?
парма
parma_astar

"Что нам стихи..."
парма
parma_astar
В.Т. Шаламов — О.В. Ивинской

Дорогая Люся.

Вот я и съездил в субботу в Москву и вернулся, и очень сиротливо мне там показалось в этот раз. Как всегда в таких случаях, замечаешь погоду, и апрель становится только апрелем, не больше.

Все это, конечно, пустяки, на это не надо обращать внимания.

«Кто умеет читать по глазам людей».

Это — просто кусочек дневника человека, которому второй раз в жизни судьба показывает его счастье в поистине необычайном фантастическом стечении обстоятельств, которое никакому прославленному фабулисту не вообразить и которое тем не менее ежедневно повсечасно выдумывает, создает жизнь. Вот фееричность жизни понимал, например, Грин. И то он показывал ее однобоко, более в романтическом, чем в трагическом плане, а жизни краски трагедии более свойственны, более отвечают ее внутренней природе.

Мне кажется, что задача искусства необычайно проста, необычайно ясна — это писать правду. И именно в силу этого искусство всегда индивидуально, всегда лично. То, что отступает от правды, может быть только подражанием чему-то, уже сделанному, т. е. чужой правде, и тем самым уходит с передовых линий искусства.

Борису Леонидовичу при случае скажи, что я знаю, как читались его стихи и чем были его стихи для людей на Севере, и что именно Колыма заставила меня окончательно и бесповоротно поверить в великую, ни с чем на свете не сравнимую удивительную реальную силу поэзии.

Так вот о фееричности. Дело ведь совсем не в том, что мир мал — и не только в сюжетах, талантах жизни.

Дело в том (а это главное), что существует, реально существует некий идеал, вяжущийся с душой, творчеством и жизнью поэта. Этот идеал могут овеществлять во вкусах, в склонностях, в персонажах любви и ненависти, кто бы, какой бы своеобразной дорогой к этому идеалу ни следовал. Он может к нему подойти из книг, из произведений искусства, выбрав (и этот процесс интуитивен) то, что отвечает этому идеалу.

Может подойти и в личном опыте, вся незавидность которого в этом случае освещенного особенным блеском драгоценных камней, и понимаешь до перехвата дыхания, как все это жизненно нужно, как все единственно. И этот идеал воплощается в реально существующей женщине. И мне в тысячу раз проще сейчас объяснить то доброе расположение ко мне, которое с первой минуты нашей встречи чувствовал ко мне Борис Леонидович.

Мое расположение к нему объяснимо легко. Я-то ведь с ним встречался уже много лет — с его стихами, прозой, с его поведением.

И этот идеал реально существует, воплощается в реально существующей женщине. (Здесь я, по понятной причине, отказываюсь от попытки дать частную характеристику этому реально существующему идеалу.)

Она принадлежит к той редчайшей породе, которая и делает из поэта — поэта. Это законы тех пяти хлебов, которыми кормят пять тысяч человек. Это живая женщина есть свидетельство (для меня по крайней мере) верности моего пути.

Я по-новому перечел целый ряд стихов Бориса Леонидовича и с новой силой почувствовал то, что он говорил со мной когда-то о честности поэтического чувства.

Что это — лишь окончательная проба подлинности полученного металла. Это — последний

большой идеал к стихам Бориса Леонидовича.

Это олицетворение имени, это воплощение и есть доказательство правоты. За этот фантастический узор, который жизнь вышила на моей судьбе — 14 апреля. Я бесконечно ей благодарен. Бесконечно я рад также и тому подъему на эту новую высоту человека, жизнь, идеи и творчество которого столько лет мне дороги. Вот это и есть вкратце мой ответ на то, что Борис Леонидович просил тебя мне передать при нашей с тобой встрече.

Я помню больничные койки, где грязные матрасы, наволочки были набиты хвоей вместо ваты или сена (сено там слишком дорогая штука), на этих костлявых матрасах лежали костлявые люди с грязной шершавой кожей, благодарившие судьбу за то, что она позволяет им умереть не под сапогами конвоиров или палками смотрителей и собрав последний остаток сил, чтобы отключиться от всего того, что окружает, читать строки «Высокой болезни».

Я помню Мирру Варшавскую[2] , несчастную девушку, которой только стихи Бориса Леонидовича дали душевные силы пережить весь ужас быта.

И много, много других таких помню я встреч. Когда года полтора назад Борис Леонидович переслал мне рецензию, полученную им из редакционной почты «Знамени», я подобрал несколько других писем об этом же самом, полученных мною, выбранных так из моей «редакционной почты».

29 я приеду.

Я знаю свою звезду, белую звезду несчастья, знаю, какому богу я служу и если служение мое бедно, то бог-то во всяком случае хорош. И есть сотни тысяч поистине лучших людей русских, действительно все эти декабристы, каракозовцы, народовольцы и т. д. умерли за этот идеал, который самым беззастенчивым образом объявляют достигнутым, то ведь это не может никого обмануть. Бог, если его назовут дьяволом, не перестанет быть богом. И что я был бы бесконечно счастлив и считал бы все мечты свои сбывшимися чудесным образом, если бы мои стихи оказывали на тех людей в тех обстоятельствах ту силу. Я помню стены камеры ледяных лагерных карцеров, где раздетые до белья люди согревались в объятиях друг друга, сплетались почище лианы в грязный клубок около остывшей железной печки, трогая острые ребра, уже утратившие тепло, и читали «Лейтенанта Шмидта»,

«Скамьи, шашки, выпушка охраны,
Обмороки, крики, схватки спазм».

Это не я читал стихи, я их слушал. <...>.

Земляки
парма
parma_astar
Я из Пермской области; Усолье немного знаю, отдыхала там когда-то в пионерском лагере. В Перми была очень известна в прошлом врач Бруштейн. А вдруг это вместе с Сергеем Александровичем Бруштейном - одно семейство?.. Узнать бы!
"Бруштейн Сергей Александрович (Израиль Мовшевич) – один из основоположников советской физиотерапии и организаторов усовершенствования врачей, доктор медицинских наук (1910), профессор (1917), заслуженный деятель науки РСФСР (1927).
Бруштейн Сергей родился в селе Усолье Пермской области.
В 1897 окончил медицинский факультет Казанского университета и до 1904 работал в клинике нервных и душевных болезней Военно-медицинской академии под руководством В.М. Бехтерева.
Одновременно с 1901 был ассистентом профессора В.А. Штанге в отделении физических методов лечения Клинического института усовершенствования врачей.
В этих учреждениях вёл научную работу по клинической невропатологии и вопросам теории и практики физиотерапии.

Из научных работ этого периода наибольшую известность получили: «К вопросу о действии электрического тока высокого напряжения на человеческое тело» (1901), «О вазомоторном центре продолговатого мозга» (1901) и другие.
В 1910 защитил докторскую диссертацию, в которой впервые доказывалось рефлекторное действие физических факторов на организм.
На базе одного из военных госпиталей в 1916 организовал Ленинградский физиотерапевтический институт, которым руководил до 1931. В его стенах под руководством Бруштейна была создана ленинградская школа физиотерапевтов, сохранившая лучшие традиции отечественной физиотерапии до наших дней.

Институт стал крупнейшим центром развития физиотерапевтической мысли в России.
В 1920 был назначен директором Петроградского института усовершенствования врачей. Благодаря его энтузиазму и энергии положение института заметно упрочилось.
Работу директора Института усовершенствования врачей Бруштейн совмещал с руководством кафедрой физиотерапии (до 1930) и Ленинградским физиотерапевтическим институтом.
В 1923 по его инициативе было создано Ленинградское общество физиотерапевтов, председателем которого он был до переезда в Москву.
.
В 1930 профессор Бруштейн С.А. переезжает в Москву. В московский период (1930-1938) он был научным руководителем Центрального института труда инвалидов, Московского областного института физиотерапии и физиопрофилактики, Института физиотерапии.
Профессор Бруштейн был председателем оргкомитетов III Всесоюзного съезда физиотерапевтов (Харьков, 1935) и I Всесоюзного совещания врачей, биологов и физиков по вопросам применения высокочастотных и ультравысокочастотных волн в медицине (Москва, 1937).
В годы Великой Отечественной войны руководил кафедрой физиотерапии Новосибирского института усовершенствования врачей и одновременно вёл активную работу по внедрению физических методов лечения в работу эвакогоспитальной Сибири.
Последние годы жизни он работал над многотомным руководством по физиотерапии, а также вынашивал идею написания монографии по истории физиотерапии.

Бруштейн Сергей Александрович умер 20 сентября 1947 в Москве".

... её прекрасные глаза.
парма
parma_astar
                                                                                                       Когда потёмки наступают
                                                                                                      И приближается гроза,
                                                                                                      Со дна души моей мерцают
                                                                                                      Её прекрасные глаза.
                                                                                                                     Н.Заболоцкий




Евгения Максимовна Колпакчи - та самая, двоюродная сестра Шуры Выгодского, арестованная НКВД японистка Колпакчи.

Люблю вот такие человеческие лица: с глубоким взглядом умных глаз, одухотворённым выражением и тонкими, выразительными чертами.
И возраст тут не имеет никакой силы...

Кем она приходится Александре Яковлевне Бруштейн? Откуда родом? Так рано сгорела. - Интернет скуден.

О ней знают Любовь Васильевна Зенина, Нина Яковлевна Дьяконова.

Но КАК у них об этом спросить?..


















КОЛПАКЧИ
Евгения
Максимовна
(1902-1952)


Японовед-лингвист. Род. в СПб., в семье врача. Ок. ФВЯ ПУ (1918-23), занималась в ГИИИ. В 1920-22 посещала лекции япон. отд. ЛИЖВЯ. Ученица Н. И. Конрада. Преп. в ЛИЖВЯ/ЛВИ (с 1924, с 1930 доцент) и ГИРК (1930-34), затем проф. ЛГУ (с 1936). В 1928 провела полгода в науч. командировке в Японии. Перед арестом готовила монографию по истории япон. яз., занималась семантикой числительных. Арестована 14 февр. 1938; обвинена была по ст. 58-6, 11 УК РСФСР. Под следствием во внутр. тюрьме УНКВД ЛО до 1 февр. 1939, когда была освобождена, а уголовное дело прекращено*. С 1942 науч. сотр. ИВ АН СССР. В 1946 защитила докт. дисс. "Древнеяпон. яз. по памятникам эпохи Нара". Тяжелая болезнь помешала ей осуществить обширные науч. планы. Ряд работ К. был издан ее коллегами посмертно.


Соч.: Начальный учебник японского разговорного языка. Л., 1933 (совм. с Н. А. Невским:); Японо-русский иероглифический словарь. Л., 1933; Японский язык. Л., 1934 (совм. с Н. А. Невским); Строй японского языка. Л., 1936; Против политически вредной рецензии // За большевистские кадры. 1936. 20 янв. (совм. с Г. Монзелером и др.); Формант "га" как показатель субъекта в японском языке // Научный бюллетень ЛГУ. 1946. № 9. С. 28-76; Древнеяпонский литературный язык по памятникам эпохи Нара (VIII в.) // Там же. № 10. С. 37-39; Страдательный залог в японском языке // ИАН СССР. Сер. лит-ры и языка. 1947. Т. 6, вып. 2. С. 157-166; Из истории японского сложного предложения // СВ. 1949. Вып. 6. С. 89-96; О категории послелога в современном японском языке // УЗ ЛГУ. Сер. вост. наук. 1952. Вып. 3. С. 162-176; Винительный падеж в современном японском языке // УЗ ИВ АН ССР. 1952. Т. 4. С. 202-229; Из истории именных категорий японского языка // УЗ ЛГУ. Сер. вост. наук. 1954. Вып. 4. С. 255-267; Некоторые проблемы истории японского языка // КСИВ. 1955. Вып. 12. С. 3-12; Очерки по истории японского языка. Т. 1: Морфология. Глагол. М.; Л., 1956.



"Прям, правдив и благороден..."
парма
parma_astar
  Друзья, этой зимою (долгими вечерами) я зачитывалась "Книгой воспоминаний" учёного-востоковеда Игоря Дьяконова. Книга о нём и его поколении, которое родилось перед революцией, росло в Советской России и пережило всё, что страна ему уготовила. Написано очень живо, увлекательно, со многими и многими подробностями тогдашнего времени. А в главах 9 (1935 - 1936) и 11 (1937 - 1939 годы) есть многократные упоминания о Шуре Выгодском!

Я тут собрала в одно место некоторые (разрозненные) выдержки из текста, в которых оживает, по-моему, замечательный образ двоюродного брата Александры Яковлевны Бруштейн. Пусть будет!


   … Новый учебный год, новый, важный год в моей жизни начался рано: уже в первой половине августа я вернулся из Хиттолова, где стало мокро, холодновато и, главное, скучно, – и поехал в Лугу – навестить Нину. Там она жила с сестрой, семнадцатилетней Лялей, и ее ежедневно навещал Шура Выгодский, недавно обретенный друг, познакомившийся с ней, когда она посещала лекции и сдавала экзамены на литературном факультете. Он был немного, а может быть, и не совсем немного, влюблен в Нину, – но я к нему не ревновал: хотя он не уступал мне ни внешностью, ни умом – напротив, я считал его много умнее себя, – но я знал, что он прям, правдив и благороден – и он знал о нашей с Ниной любви; поэтому мне не приходило в голову его бояться.
Ум Шуры Выгодского признавал даже такой разборчивый презиратель человечества, как Мирон Левин.
Что касается Шуриной правдивости, то она была провербиальной и иной раз являлась предметом шуток. Без страха говорил он и в споре с преподавателем, что он думал.
    …Центр притяжения всей компании был Шура Выгодский. Отец его был врач, известный с дореволюционных времен, квартира его – на набережной Васильевского острова почти против Николаевского моста (лейтенанта Шмидта) – была нетронутым обиталищем петербургского интеллигента: хорошая мебель, мягкие кресла, необыкновенной ширины и мягкости диван, на котором могла уместиться сразу почти вся компания. У Шуры мы по большей части и собирались.   
      ...Шура был среднего роста – ниже меня, черноволосый и голубоглазый, в лице его была какая-то неправильность, которую не берусь определить, но это было одно из тех лиц, которому не надо быть правильным, потому что сияющий в нем ум и доброжелательность делают его прекрасным. Шура не только располагал к себе, но каждый сразу и охотно признавал его превосходство над собой – тем большее, что он был необыкновенно человечен, скромен, тактичен, бескорыстно внимателен и морально чрезвычайно щепетилен. Если бы Нина влюбилась в Шуру, я без ревности признал бы за ним право на ее любовь. Но Шура был такой человек, для которого чужая любовь была неприкосновенна...
      … Я уже говорил, что лето 1936 г. было началом явно улучшившихся времен. Заборных книжек и коммерческих магазинов уже не было. В стране все складывалось хорошо. Мы это обсуждали с Шурой Выгодским, когда он с Волей Римским навещал нас с Ниной на Зеленом озере…
        … историки ЛИФЛИ были переведены на университетский исторический факультет, философы составили отдельный философский факультет.
Еще при выпуске из нашей компании были рекомендованы в аспирантуру: Талка Амосова, Шура Выгодский, Нина Дьяконова…
 
        … Но когда Нина вернулась из Павловска и явилась в Университет, ей было сообщено, что «Москва вас в аспирантуре не утвердила». И не только ее, но – какое необычное совпадение! – еще и Амосову, Выгодского…
        …В Москве Шура Выгодский жил у своей двоюродной сестры, детской писательницы Бруштейн, Нина жила у своей тети, милой и доброй Юлии Мироновны, другие тоже устроились у разных друзей и знакомых, а я...
       … Я был за то, чтобы не сдаваться; когда Шура Выгодский вышел, подавленный, из какой-то очередной канцелярии и стал говорить на ТУ тему, что, пожалуй, он и вправду не тот человек, которого нужно принимать в аспирантуру…
 
       …Мы продолжали встречаться всей компанией у Шуры Выгодского в старой докторской квартире на набережной против Николаевского моста (моста лейтенанта Шмидта). О чем мы говорили? О своих бедах менее всего. У Шуры была арестована его двоюродная сестра, японистка Колпакчи, у Яши Бабушкина – отец в Евпатории, у меня – отец, у Нины – отец, у Юры Фридлендера – брат, у Воли Римского-Корсакова – сводный брат, у Ляли Ильинской – отец.
 
(  Шура и Воля вскоре поступили в аспирантуру других институтов. Около этого времени вышел в свет подготовленный и комментированный Шурой и Юрой Фридлендером под  руководством М.А.Лифшица монументальный том «Маркс и Энгельс об искусстве». В 1940 г. Шура поступил на работу в Ленинградский Радиокомитет, где уже с 1938 г. работал Яша Бабушкин; Яша там и проработал всю блокаду; во многом благодаря ему, с трудом державшемуся у микрофона, голос радио был жив в течение всех роковых 900 дней; но после снятия блокады Яша был уволен и заменен каким-то москвичом; был мобилизован в армию и сразу погиб. – Шура был мобилизован еще в 1941 г. и тоже быстро погиб. ) ..."




Как нас убивали
парма
parma_astar
Оригинал взят у bjorn_varulvв Как нас убивали

МЫ НЕ МОЖЕМ ЖДАТЬ МИЛОСТИ ОТ УРОДОВ
парма
parma_astar
Оригинал взят у zelenyislonв МЫ НЕ МОЖЕМ ЖДАТЬ МИЛОСТИ ОТ УРОДОВ
  Я понимаю, что этот ролик уже многие видели (у него более миллиона просмотров). Но по большому счёту его должны были бы посмотреть все. Но телеканалы его не покажут – они слишком трусливы. Известно, что автор молодой человек, но неизвестно, кто. И слава Богу. Я не смог его отыскать, хотя искренне и настойчиво пытался это сделать. Люди, которые болеют за Россию, не хотят сегодня участвовать в пиар-играх. Они борются не против власти, а за правду. Здорово, что у нас ещё есть те, кто как наши министры, не продался высокооплачиваемой кривде. Я бы этот ролик назвал, перефразировав своего любимого философа Михайло Васильевича Ломоносова: «Мы не можем ждать милостей от уродов, взять их у оных – наша задача!»

  Считаю, что этот ролик надо посвятить реформе образования, в результате которой во многих школах сейчас учеников даже не учат писать прописные буквы. Процесс обратной эволюции к компьютерно-наскальной живописи начался.

P.S. Я советую всем, кому понравился ролик, перепостить его. Как ясновидящий, обещаю, что у того, кто это сделает, улучшится иммунитет! И тому низкий, но задорный поклон!



?

Log in